Архив рубрики: Медиатренды

Медиатренды, тенденции развития журналистики и масс-медиа

От революций до разводов

Какую информацию о человеке и обществе может дать анализ сообщений в социальных сетях?

Сетевая ловушка

// chaskor.ru — Иллюстрации: Георгий Мурышкин

Каждую секунду в соцсетях регистрируются восемь новых пользователей. Каждый час сети пополняются миллионами лайков, сообщений, фотографий, видео. О чём могут рассказать эти потоки данных? Исследователи наперегонки создают программы, способные извлекать все больше полезной информации из социальных сетей. Будьте бдительны: каждый ваш лайк содержит информацию о вас!

1. Посты и неологизмы

«Репостить», «лайкать», «комментить» — все эти слова плотно вошли в наш лексикон, но до сих пор остаются за рамками словарей. Ученые из Высшей школы экономики и МГУ им. М.В. Ломоносова решили исправить ситуацию и на материалах фейсбука составили список неологизмов русского языка.

Для этого было обработано 573 млн. постов 3,2 млн. пользователей (это почти 40% русскоязычного фейсбука): все тексты автоматически разбивались на слова, которые потом искали в Открытом корпусе русского языка OpenCorpora. Дальше эксперты вручную процеживали получившийся перечень неологизмов, созданный из слов, не найденных в корпусе.

В итоговом списке оказалось 168 слов. Подавляющее большинство из них англицизмы, связанные с интернетом или мультимедиа («фотоотчет», «видеоблог»). При этом образование всех неологизмов подчиняется строгим грамматическим правилам. Единственным исключением стали слова вроде «ржач», «махач», «срач»: это «ч» как элемент словообразования стало более продуктивным именно благодаря социальным сетям.

2. Хештеги и революция

Влияние социальных сетей на мир стало очевидным во время «арабской весны», когда выснилось, что восставшие координируют свои действия и мобилизуют массы с помощью фейсбука и твиттера. А нельзя ли использовать соцсети для предсказания таких событий?

Этим вопросом задались учёные из Кембриджа и Гарварда, разработавшие программу, которая высчитывает индекс политической поляризации и измеряет уровень напряжённости в обществе — близость к революционной ситуации. Для этого исследователи проверили 7000 сообщений египтян в твиттере во время волнений 2013 года на наличие радикальных хештегов вроде «#не забудем, не простим» — в Египте существует почти точный аналог этого выражения.

Хештеги — это такие отметки, которые начинаются со знака «#», знакомят с темой сообщения и позволяют распознавать «своих» в информационной войне. Оказалось, что их анализ вполне пригоден для прогнозирования: пики упоминания радикальных хештегов действительно предшествовали реальным столкновениям.

3. Лайки и сексуальная ориентация

«Человек — то, что он лайкает», — могли бы изречь учёные из Кембриджа, исследовавшие лайки 58 тыс. пользователей Фейсбука и обнаружившие взаимосвязь между мимолётными предпочтениями и более глубокими личностными характеристиками.

Разработанная ими программа отличает белых от афроамериканцев с точностью до 95%, республиканцев от демократов — 85%, мусульман от христиан — 82%. Менее успешно программа «угадывает» семейное положение (точность — 65%), курение (73%) и употребление наркотиков (65%). Позволяют лайки судить и о сексуальной ориентации: для мужчин — с точностью 88%, для женщин — 75%.

При этом корреляции не всегда бывают прямыми: например, только 5% геев лайкали однополые браки и другие столь же специфические события. Программа делает выводы, опираясь на косвенные данные вроде музыкальных предпочтений. Допустим, поставить лайк Hello Kitty — значит признать свою открытость и эмоциональную нестабильность, а любители спиральной картошки фри наверняка идентифицируются как обладатели высокого интеллекта.

Читать далее

Microsoft побеждает в важном сражении за неприкосновенность частной информации

Общественные и государственные круги, далекие от интернета, опасаются его тотального проникновения и пытаются взять под контроль с того времени, как Глобальная сеть перестала быть не заслуживающей внимания игрушкой для гиков и внезапно превратилась в доминирующее средство массовых коммуникаций. К сожалению, ощущение потери контроля ведет к принятию резких решений от введения тайного тотального наблюдения за интернетом до попытки законодательно обязать ИТ-компании раскрывать всю частную и коммерческую информацию их аудитории и клиентов правоохранительным органам.

Поворотный момент в истории интернета

// soft.russianit.ru

// soft.russianit.ru

С момента раскрытия Эдвардом Сноуденом существования проектов американских и английских спецслужб по перехвату сообщений и переговоров по всему интернету и взлому частных сетей, одним из наиболее значимых событий в противостоянии правительств и транснациональных интернет-корпораций стал судебный процесс по делу о запросе американских спецслужб предоставить переписку и другие данные клиента Microsoft с серверов, находящихся в Дублине (Ирландия).

Изначально Microsoft проиграла дело в Нью-Йоркском суде общей инстанции, однако на этом не сдалась, а случай получил огромный общественный резонанс в США и Европе. К протесту корпорации присоединились другие крупнейшие американские компании и общественные организации. На данный момент свой вклад в материалы дела внесли 28 ведущих компаний в области ИТ и СМИ, 35 крупнейших ИТ-экспертов, а также 23 отраслевые ассоциации и правозащитные организации, которые представляют интересы миллионов людей по обе стороны Атлантики. Все они подписали соответствующие документы, и этот момент можно считать историческим.

Суть документов сводится к одному: это дело – не просто тяжба, затрагивающая отдельно взятую отрасль права; оно во многом определит будущую роль глобальных технологий в нашем мире.

Представленные на данный момент документы демонстрируют, насколько сильно вырос интерес к этому делу всего за пять месяцев с того момента, как американский окружной суд вынес свое первое решение. Тогда на рассмотрение в суд свои аналитические записки представили пять компаний, одна отраслевая ассоциация и одна правозащитная группа.

Сейчас к делу присоединились такие компании, как Verizon, Apple, Amazon, Cisco, Salesforce, HP, eBay, Infor, AT&T и Rackspace, а также пять крупных отраслевых объединений, представляющих сектор информационных технологий США, включая Союз производителей программного обеспечения и Союз разработчиков компьютерных приложений. Они обеспокоены потенциальным влиянием этого дела на уровень доверия иностранных клиентов к американским технологиям и степени защиты частной информации в случае, если власти других стран последуют примеру правительства США и начнут применять такие же меры по отношению к американским центрам хранения данных.

— Две крупнейшие предпринимательские организации США: Торговая палата США и Национальная ассоциация производителей, представляющих интересы миллионов американских компаний. В их аналитической записке говорится о потенциальных последствиях для американской экономики и возможностях использовать облачные технологии во всех отраслях бизнеса.

Читать далее

Мануэль Кастельс: «Мы хотим создать пул знаний»

Переосмысление журналистики в Сетевую Цифровую Эпоху

Василий Гатов: Решил перевести одну из важных статей Мануэля Кастельса и его соратников, которая фиксирует тенденции в развитии журналистики. Это почти дословный перевод – в некоторых местах я решил вставить в скобках свои пояснения, т.к. стиль Кастельса не так прост, как хотелось бы и он зачастую “прыгает” через некоторые необходимые понятия в тексте, оставляя некоторые сомнения в том, что именно имеется в виду. Так что замечания и слова в скобках – это мое мнение, а не текст авторов.

Ускоряющиеся перемены в современном обществе, обусловленные развитием технологий, подвергают журналистику трансформации во всех возможных направлениях – производства, распространения и использования продуктов труда журналиста. Мы наблюдаем появление новых инструментов и практик, мы ощущаем феномен который одновременно раскрывает веер новых способов создания информационных сообщений и нового определения места профессиональной журналистики в этой новой системе медиа. Все эти перемены распространяют в журналистской среде страх перед вредными последствиями новых трендов, прежде всего, в отношении качества журналистики и выживания профессии как таковой; между тем мы уверены, что происходящее развитие может, на самом деле, мостить путь к лучшей журналистике и более независимым журналистам. Эта статья как раз и посвящена обсуждению того, как и почему это будет происходить.

В цифровом окружении – где теперь работают журналисты – новые факты возникают ежедневно, если не ежеминутно; аудитория постоянно реагирует и эта реакция интегрируется в медиа-коммуникацию; все больше голосов общества становятся слышимыми; все большее количество вариантов освещения тех или иных событий становится доступным публике; все большее количество историй (и за все большее время) становится доступным, в цифровых архивах, которые допускают и поиск; все большее количество людей у власти попадает под наблюдение и контроль СМИ; все большее количество людей вовлекается в перемены мирового масштаба через такие простые акты, как фотография или видео ключевых моментов, через комментарии к блогам или через перепост историй, которые для них интересны или важны.

Эта динамичная картинка непрерывного и разнообразного «свидетельства» и документирования реальности не очень похожа на кризис журналистики, скорее, наоборот – на взрывное развитие. Наоборот, представляется, что профессия журналиста сегодня живее, чем была когда бы то ни было, с увеличивающимся разнообразием форм и контента, меняющегося с невероятной скоростью.

Если мы, как журналисты, работаем в бизнес сбора информации, ее интерпретации, распространения – мы безусловно имеем больше возможностей заниматься этим, чем имели раньше. Мы получаем существенно больше помощи в своей работе, в том числе и бесплатной, уж точно больше, чем могли бы вообразить еще недавно. В этом нестабильном и полном рисков мире общественный спрос на информацию, анализ и интерпретацию кажется, находится на наивысшем из известных нам уровней.

Так почему же журналистика должна быть в кризисе?

Кризис в журналистике представляется преимущественно кризисом традиционных бизнес-моделей для печатных СМИ и вещательных организаций (Garcia de Madariaga, 2008; Grueskin, Seave, Graves, 2011; McChesney & Nichols, 2010; Meyer, 2006). С тех пор, как потребители могут выбирать какую информацию и из каких источников они хотят получать, при том, что часть этих источников – бесплатные – они существенно реже автоматически воспроизводят привычки в медиа-потреблении, реже обращаются с газетам и традиционному ТВ, и чаще – к онлайн-новостям, спутниковому и кабельному ТВ, радио и к своим смартфонам (доклады Pew Research Center «The State of the News Media» фиксируют эту тенденцию задолго до 2012 года).

Читать далее

Третья мировая информационно-психологическая война

Проблема информационной войны вызывает в нашей стране все возрастающий интерес. Это война нового типа, объектом которой является сознание людей. Она основана на возможности управления и манипулирования общественным сознанием, подчинения воли человека. И это чаще всего происходит неосознанно для тех, кто подвергается информационно-психологическому воздействию.

Третья мировая (информационно-психологическая) война. — М.: Институт социально-политических исследований АСН. — 1999 г. — 304 с.

Авторы книги В.А.Лисичкин и ЛА.Шелепин длительное время занимались вопросами прогнозирования и экологии. Ими была выпущена монография, в которой детально рассматривалась экологическая угроза, нависшая над планетой. В последнее время, однако, авторы пришли к выводу, что сейчас главной непосредственной опасностью для человечества является информационное оружие, которое меняет сознание людей, заставляет их неадекватно воспринимать реальность, жить в мире иллюзий и совершать гибельные для себя поступки.

В книге подробно рассказывается о методах информационно-психологического воздействия, о перипетиях 50-летней информационной войны против СССР, о катастрофе, постигшей наш народ и, главное, об изменении общественного сознания, когда массы людей живут не в реальном мире, а в мире иллюзий, создаваемых и привносимых извне. Изложение опирается на обширный фактический материал.

Эта книга—предупреждение. Необходимо осознать природу и технологии информационной власти над людьми, бесконтрольность которых может привести не только к массовому истреблению отдельных народов, но и к гибели современной цивилизации в целом. А для отпора информационной агрессии необходимо прежде всего понимание сути происходящих событий.

Недавно исполнилось 50 лет с начала Третьей мировой информационно-психологической войны. 18 августа 1948 года Совет национальной безопасности США утвердил директиву 20/1 «Цели США в отношении России». Эта директива несла с собой войну качественно нового типа, где оружием служит информация, а борьба ведется за целенаправленное изменение общественного сознания. Задача заключалась во внедрении в общественное сознание таких ложных представлений об окружающем мире, которые позволили бы в дальнейшем манипулировать как населением страны, так и ее правящей элитой.

В предлагаемой книге делается попытка последовательного изложения событий информационно-психологической войны, результатом которой стали разгром и расчленение СССР. В этой войне использовались не танковые атаки, не бомбардировки с воздуха, а непрерывная серия ударов по общественному сознанию. В наше время уже не столько «бытие определяет сознание», сколько в гораздо большей степени непосредственное воздействие на него, управление сознанием. События этой войны происходили как бы за кадром, их истинный смысл не осознавался окружающими. Многие даже не поняли, что с ними произошло, все случилось как бы помимо их воли. Только сейчас начинают вырисовываться общие контуры информационной войны. В такой войне воздействие на сознание людей проводится как извне , так и изнутри страны, причем именно последнее имеет решающее значение. Когда шла Гражданская война в Испании (1936-1939 гг.) и четыре колонны генерала Франко наступали на Мадрид, то главную роль в его падении сыграли агентура и сторонники генерала в самом городе, которые получили название «пятая колонна». Пятой колонной во время Второй мировой войны называли фашистскую агентуру в различных странах. Основу пятой колонны в СССР послевоенного времени составляли люди, работавшие и обслуживающие идеологическую сферу, которая непосредственно влияла на общественное сознание. После 1948 года они занимают господствующие позиции, а в пятидесятые годы окончательно закрепляются. В книге для их обозначения используется термин «идеологи КПСС», поскольку ведущая часть идеологической сферы СССР осознанно или нет участвовала в борьбе против нашей страны.

Хотя термин «идеологи КПСС» и вызовет определенные возражения, в частности у ряда членов КПРФ, тем не менее он соответствует реальному положению вещей и означает организацию касты жрецов — идеологов, прикрывавших свои действия «марксизмом-ленинизмом», а на деле наносивших удары по собственной стране в координации с Западом. Многим их действия казались в то время странными, бессмысленными, но последовательный анализ  позволил определить их истинный скрытый смысл.

Читать далее

Информационная война и геополитика

Панарин И.Н. Информационная война и геополитика. —  М.: Издательство «Поколение», 2006. — 560 с.

В книге И. Н. Панарина тысячелетия отечественной и всемирной истории рассматриваются с точки зрения мировой геополитики. Согласно глубокому убеждению автора, успех геополитических планов издавна был связан с победой в информационной войне. До недавних пор верх в этой войне одерживали силы, враждебные нашему государству, однако события последних лет показывают, что в самое ближайшее время американо-британскую «империю» ожидает крах. В качестве противовеса будет образован новый межгосударственный союз, в который будут входить территории от Египта до Китая. Роль ядра в этом объединении — «Евразийской Руси» — автор предрекает России.

Прошедшие века показали всему миру мужество и героизм, колоссальные духовные и интеллектуальные возможности нашего великого народа.

Мы победили фашизм. Мы первыми в мире вышли в космос.

Девиз XXI века — интеллектуальная конкурентоспособность. Мы можем и должны стать связующим звеном различных национальных элит Евразии на складывающемся сегодня глобальном ноосферном интеллектуальном пространстве, остаться духовным центром и ядром притяжения культур Запада и Востока, Севера и Юга.

Цель этой книги — попытаться систематизировать знания по проблематике информационной войны с учетом последних событий в мире. Автор в 2004—2005 годах принимал активное участие в ряде крупных международных конференций, которые проходили на территории Армении, Германии, Греции, Казахстана, Узбекистана, Украины, России, США. В ходе диалога с представителями различных стран мира вырабатывалась собственная геополитическая доктрина для России XXI века — это доктрина Континентальной Дуги (Париж—Берлин—Москва—Пекин—Дели—Тегеран).

Материал для книги извлечен из многочисленных источников и специальных исследований, столь же разнообразных, как и ее сюжеты.

Присутствует также и авторский взгляд на историю Руси, на проблематику информационной войны и международных отношений.

Как утверждал Н.А. Бердяев в книге «Истоки и смысл русского коммунизма», коммунистическя антропология есть не что иное, как традиционная матрица сознания, основанная на идее мессенианского служения русского народа, предполагающая прорывные глобальные цели, в которые было заложено инородное этой матрице содержание — пролетарский интернационализм. Сейчас есть возможность восстановить традиционную матрицу сознания Руси с помощью самоуважения, самоорганизации и самореализации.

Выдающийся германский военный и политический деятель К. Клаузевиц сказал о том, что «война есть продолжение политики другими средствами». В XXI веке можно сделать вывод о том, что информационная война есть основное средство современной мировой политики, доминирующий способ достижения духовной, политической и экономической власти.

На наш взгляд, информационную войну можно определить как способ создания системы управления информационными потоками в целях организации ноосферы и мирового информационно-психологического пространства в своих интересах.

Читать далее

Манифест Новых Медиа

Нарративные apps и будущее информации

//laurent-millet.com

Эпоха СМИ заканчивается. Нет больше никакой «массовой информации». Все данные подвергаются фильтрации и таргетированию. Даже та информация, которая касается «всех», требует сегодня индивидуализированной канализации.

По мере дробления и усложнения социальной структуры, медиа становятся всё более нишевыми. Их будущее – не за информационными гигантами (crowd-oriented), но за камерными и специализированными «клубами» (person-oriented), которые создаются капсулами от 1 до 10 человек, и, соответственно, куда менее затратны, чем их неповоротливые предшественники из прошлого.

Камерность производит более тёплую и близостную коммуникацию между медиа и его аудиторией. Вместо ориентации на «больше посетителей и лайков», – ориентации, требующей обезжиривать контент для толпы, – производители новых медиа ищут меньшую, но более лояльную аудиторию «своих». 100 вовлечённых соучастников ценятся больше, чем 10 тысяч пассивных соглядатаев.

Миф, согласно которому любой человек может быть журналистом, останется там, где ему и место – в начале «нулевых». Как доказало всё минувшее десятилетие, медиа, основанные на user-generated-content, – это мусорники с криком и посредственностью. В них невозможна коммуникация – только вещание.

Мне же, как читателю, не нужно ещё 200 мест, где я смогу постить свои фото, видео и тексты – у меня уже есть Facebook, Twitter, Instagram и YouTube. Чего мне действительно не хватает, так это интересных и качественных медиа, где со мной будут общаться не проходимцы с одной мыслишкой на троих, но личности, которым есть, что сказать, и которые умеют писать, снимать и обрабатывать контент. Профессиональная авторская журналистика возвращается.

Медиа будут децентрализованными. Каждое из них будет всё больше не продуктом, но брэндом, выпускающим продукты; «зонтиком», под которым расцветают созвездия аккаунтов в социальных сетях, файлов, apps и прочего рода автономных единиц контента, эякулируемых в разные точки Сети.
Дизайн медиа будет уходить от визуальности к функциональности; проектированию не форм, но порядка и диалога; в сущности же – прозрачных структур. Совершенно уродливый Facebook доказывает, что хороший дизайн предлагает не эстетику, но коммуникацию.

В итоге, мы смотрим в Сеть не через индивидуальные дизайны, но сквозь универсальные интерфейсы социальных сервисов, которые абсорбируют и объединяют информацию из разных источников в «ленты» и «таймлайны».

В будущем не будет никаких сайтов, но только облакоподобные базы данных, подключаемые к тому или иному пользовательскому интерфейсу. Вместо того, чтобы заходить на сайты и сталкиваться с одной определённой и неизменной визуальной реальностью, которую мне навязывает поставщик контента, я буду сам выбирать сквозь какой интерфейс мне смотреть в Сеть. Дизайнеры будут продавать интерфейсы не производителям контента, но его юзерам.

Читать далее

Наши левые медиа

По форме нам не хватает сейчас хорошего среднего уровня журналистики

 

Памятник итальянскому журналисту и историку Индро Монтанелли в Милане, скульптор Вито Тонджани. Фото: eraritjaritjaka/ flickr.com

Недавно я перебирал в памяти удачные примеры массовых левых изданий. Ранние «Либерасьон», нынешние «Гардиан», «Монд Дипломатик» с поправкой на некоторую их всё же высоколобость… По-моему, ни один из этих примеров не удовлетворяет требованиям нашей ситуации.

Нам нужны сейчас прежде всего «оптические медиа», которые предлагают категорически другой взгляд на то, что читателю, скорее всего, известно и без них, из других медиа, более системных и лояльных. «Этот сигнал может быть понят совершенно иначе и пригодится тебе вот зачем…» — вот и весь пафос левых медиа.

Любые эксперименты и новые формы высказывания понадобятся потом, когда наши медиа достигнут этого среднего уровня. Придётся постичь несложные азы «популярного формата». Через это нельзя перепрыгнуть и нельзя невежество и неумение выдать за альтернативу, за преодоление «буржуазных правил».

Хороших учебников по журналистике я не знаю и, возможно, они и не нужны. К счастью, выход прост — задавайте себе вопросы. Достаточно спрашивать себя всякий раз, когда вас что-то зацепило при чтении или просмотре: почему мне смешно (страшно, противно, радостно)? Как именно вызвана во мне эта эмоция? Чего она заставляет меня ждать дальше? Почему я не перестаю это читать/смотреть/слушать? Могу ли я повторить тоже самое, вызвав подобную эмоцию у других людей?

Вот известные мне правила.

Запоминающийся заголовок

Заголовок, зовущий читать дальше, делается в три логических шага. Сначала, поставив финальную точку, нужно сколь угодно громоздко сформулировать для себя: о чём вы написали текст? его центральный конфликт и главный вывод? Шаг 2 — спуск от абстрактного к зрительному: в каком образе или группе образов эти конфликты и вывод наиболее зримо выглядят? И наконец шаг 3, от зримого к популярным речевым блокам — сжать эти образы до короткого афоризма, парафраза, искажённой, но узнаваемой цитаты или оксюморона (неожиданного столкновения) слов. Точно так же, кстати, делается и удачный лозунг для митинга, только там добавляется вопросительная или восклицательная интонация, которая в заголовке, наоборот, будет выглядеть комично.

Очень часто авторы замирают на втором шаге или не делают даже его и в их полезнейшую статью мало кто заглядывает. В идеале заголовок должен жить много дольше статьи, «уйдя в народ», как ёмкость, в котором уместилась правильно сжатая ситуация и проблема.

Авторская статья

Мне не хватает в наших медиа личного взгляда, статей, интересно написанных от первого лица. Авторов, умеющих рассказывать о маме, собаке и соседе так, чтобы это было полезно и интересно всем, у кого есть или были мама, собака и сосед. За редчайшим исключением наша оптика на такие предметы не настроена. Вместо этого мы предпочитаем говорить сто раз сказанные до нас банальности о мировых проблемах, ошибочно полагая, что на это кто-то клюнет.

Мы чураемся визуальных деталей, которые, между прочим, «несут» на себе в массовое сознание любые оценки и идеи. Лично я настолько чёрствый человек, что читая статью о тяжёлой судьбе уборщицы в офисе, не могу почувствовать ничего, пока не узнаю, какого цвета было пластмассовое ведро, в которым она полоскала тряпку. И нас таких очень много. Если вы хотите, чтобы описанная вами ситуация работала, а выводы широко обсуждались, сделайте ситуацию видимой и слышимой.
Есть простой способ интересно рассказать о чем угодно и максимально расширить аудиторию своего послания. Разделить свой текст на приблизительно равные куски: анекдот-теория-диалог и снова анекдот… Удобнее всего размечать их на экране заранее, а потом только заполнять, иначе есть риск сорваться в проповедь и лекцию, которые не могут быть популярны по определению, да и авторитарны по форме.

Читать далее

«Коммерсантъ» открывает в своих стенах Академию журналистики

«Заберём все сливки»

kommersant.ru

Издательский дом «Коммерсантъ» представил собственную Академию журналистики — учебные курсы для всех, кто мечтал овладеть секретами мастерства, да еще и в главной кузнице медиакадров страны.

Студенты будут проходить обучение прямо в стенах «Коммерсанта», работая вместе с журналистами издательского дома. Первый набор студентов приступит к учебе осенью — всего «Коммерсантъ» планирует выпускать по два курса в год. Стоимость обучения составит 70 тыс. рублей, пишет Лента.ру.

Объясняя, как появилось это необычное учебное заведение, специальный кореспондент «Коммерсанта» и президент будущей Академии Андрей Колесников заявил, что идея витала в издательском доме давно. «Есть проблема — обучать и переучивать стажеров», — пояснил он. Для издательского дома, через который прошла добрая половина главных пишущих журналистов страны, это, в первую очередь, постановка процесса обучения на поток, попытка превратить знаменитую «коммерсантовскую школу» в институт — во всех смыслах слова.

Проект академии поддержали президент издательского дома Дмитрий Сергеев, редакционный директор Михаил Михайлин, шеф-редактор Азер Мурсалиев, директор по стратегии развития Виктор Лошак, заведующий отделом экономики Дмитрий Бутрин. «Идея востребована. Я надеюсь, что и студенты отнесутся к этому так же, как и мы», — заметил Колесников

Многие факультеты журналистики, по мнению Михаила Михайлина, не могут дать будущим репортерам то, что им дает «Коммерсантъ» всего за несколько месяцев. «Журналистика — это вопрос не образования, это вопрос практики, — пояснил Михайлин. — Человек должен уметь обращаться с фактурой, должен уметь ее набирать, должен уметь разговаривать с людьми, брать интервью и, наконец, сдавать заметки». По мнению Андрея Колесникова, проблема журфаков еще и в том, что студенты «разрываются» между лекциями и практикой в изданиях. Здесь же будущие журналисты будут учиться непосредственно в газете.

Читать далее

Конфуз с блокированием «Вконтакте» пошёл на пользу?

Роскомнадзор придумал «банить» сайты по-новому

Скандал вокруг «ВКонтакте», в результате которого крупнейшая российская соцсеть ошибочно попала в единый реестр запрещенных сайтов, может заставить Роскомнадзор поменять систему блокировки сайтов, пишет РБК.

Ситуация с ошибочным попаданием «ВКонтакте» в «черный список» Роскомнадзора не единична. Сбой системы ранее приводил, например, к тому, что в ноябре 2012 года под запрет попал весь домен YouTube.com. В реестре успели побывать различные популярные ресурсы — библиотека интернет-мемов Lurkmore.to, торрент-трекер Rutracker.org, статьи «Википедии», сайт для анонимного общения 4chan.org, блогхостинг Google Blogspot.

В связи с этим специалисты советуют регулятору ограничится не только «двойным контролем», но и отменить блокировку ресурсов по IP-адресу, которая, как видно, не раз приводила к ограничению доступа к добропорядочным сайтам. Такое мнение высказала аналитик Российской ассоциации электронных коммуникаций Ирина Левова. Недавно сам руководитель Роскомнадзора Александр Жаров сообщал о разработке нового механизма фильтрации сайтов — по доменному адресу (DNS) или URL-адресу (по конкретной странице, а не всему сайту).

В частности, фильтрация по URL-адресу потребует от операторов установить дополнительное оборудование, но более дешевое, чем системы Deep Packet Inspection (DPI), которые необходимы для «тонкой» фильтрации трафика сейчас. Оно будет следить за любым незашифрованным трафиком — от электронной почты и звонков через Skype до личных сообщений в соцсетях. Кроме того, такой метод блокировки должен обеспечить не только защиту качественным ресурсам от несправедливой блокировки, но и лишить возможности владельцев сайтов из «черного списка» изменить IP-адрес и таким образом, выйти из-под запрета, что неоднократно осуществлялось.

Читать далее

Перевёрнутый мир: реклама в блогах

Законопроект чреват подлинной революцией в блогосфере

Фото: Victor1558/ Flickr.com

Вчера на официальном сайте ФАС России опубликовано сообщение Клерк.Ру о готовящемся законопроекте по налогообложению блоггеров. После его прочтения многое становится на свои места.
О том, что доходы блоггеров от рекламы необходимо обложить подоходным налогом, г-н Железняк впервые заявил ещё на заре своей шумной законотворческой карьеры. Но тогдашние формулировки вызывали в лучшем случае недоумение — примерно такое же, какое вызывает его последняя инициатива по поводу СОРМ, которая, по сути дела, предлагает внести в федеральный закон всё то, что в прошлом тысячелетии прописано в нормативных актах Минсвязи. Фраза «Мы обяжем блоггеров платить подоходный налог!» звучит так же осмысленно, как предложение сделать платным проезд в московском метрополитене.

Но в свете последних разъяснений, сделанных депутатом, становится ясно, что законопроект чреват подлинной революцией в блогосфере. Потому что речь в нём вообще не идёт о налогообложении каких бы то ни было доходов. Налогом совершенно сознательно предлагается обложить вовсе не деньги, полученные блоггером от кого бы то ни было, а любое упоминание бренда в блогосфере. То есть все посты, которые я за последние 12 лет написал в ЖЖ о прочитанных книгах, просмотренных фильмах и сериалах, прослушанных музыкальных записях, посещённых спектаклях, использованных программах и веб-сервисах, депутат Железняк предлагает законодательно приравнять к рекламе, совершенно независимо от того факта, что речь идёт о констатации личного мнения. Затем он хочет высосать из детородного пальца некую оценку «дохода», который бы сам он на моём месте получил за скрытую рекламу, и вменить мне налог в 13% от этой с потолка взятой суммы за каждый положительный отзыв. При этом вопрос моей виновности в извлечении дохода, согласно законопроекту, будет поручено решать… компьютерной программе, бюджет на создание которой в последнее время осваивается на базе ФНС.

Конечно, хорошо, что новый закон Железняка теоретически не может иметь обратной силы — но это всего лишь значит, что мне нельзя будет вменить штрафы за уклонение от уплаты налога в предшествующие 12 лет. А сам налог можно вменить за любую старую запись, если она по сей день доступна в архиве моего ЖЖ, и содержит положительный отзыв о чём бы то ни было коммерческом. Хотя я, честно говоря, не вижу причин ограничиваться коммерцией. Можно ещё вменить мне налог за каждый случай участия в благотворительных акциях: ведь Pomogi.org — тоже вполне себе бренд, даже если фонд за почти восемь лет существования не истратил на рекламу в Интернете ни рубля. Какая разница, если налог вменяется не на доходы, а на факт упоминания бренда?!

Читать далее